Для многих западных христиан Евразия остается неизвестной территорией даже во время пандемии. На фоне тревожных новостей из Европы и США мы мало слышим о том, что происходит в этом стратегически важном регионе, расположенном между Европой на западе, Китаем на юго-востоке и исламским миром на юге.

Хотя реакция местных евангельских церквей на вызов пандемии может многое рассказать об условиях их жизни и трендах в их развитии, миссионерском видении и потенциале.

Как свидетельствуют национальные лидеры, ситуация в России – с более чем 640.000 подтвержденными случаями заболевания и ее третьим местом в перечне лидеров по уровню распространения пандемии после США и Бразилии – и других странах Евразии очень тревожная. Происходит настоящий коллапс здравоохранения, экономики, транспорта, системы безопасности. Массовое тестирование не производится. Правительства ограничивают доступ к достоверной информации. И все это на фоне продолжающейся войны в Украине и усиливающегося ограничения религиозной и гражданских свобод в России, Беларуси и странах Средней Азии.

Постсоветское пространство – это серая зона, где на развалинах советской империи возникли причудливые гибридные формы жизни, имитирующие цивилизованный мир; где слова о демократии, свободном рынке, правовом государстве, независимых СМИ, свободе и правах человека чаще всего прикрывают их отсутствие. Евангельские церкви оказываются в условиях постоянного давления и со стороны государственной власти, и со стороны общества, в котором доминируют или секулярно-советские, или агрессивно-православные, или исламистские настроения.

Пандемия стала вспышкой, которая осветила малозаметную, но активную и жизненно необходимую роль евангельских церквей в этой серой зоне. На основании моих бесед с местными лидерами, я хочу предложить пять простых уроков, которыми церкви постсоветской Евразии могут поделиться с глобальным христианским сообществом.

Урок первый. Когда государство беспомощно и все общественные институты парализованы, именно церкви оказываются на передовой.

В этих условиях людям не на кого надеяться, кроме церкви и волонтеров. И это открывает невиданные возможности для проповеди Евангелия по ту сторону церковных стен. Простые рядовые члены церкви служат агентами или ангелами надежды для тысяч людей, парализованных страхом и бедностью. Многие молодые христиане задумались о том, что они могут сделать для людей в условиях, когда активность церкви крайне ограничена.

Так молодой пастор Сергей из Бурятии рассказывает о своем опыте:

«Иисус сказал: “Идите по всему миру и проповедуйте Евангелие всей твари”, а наше правительство говорит: “Сидите дома”. Мы столкнулись с вопросом, как можно помочь людям, не нарушая порядок? Наша команда зарегистрировалась в волонтерском штабе и получила документы на право передвижения по городу в качестве волонтеров. Кто-то из нас шил маски, кто-то собирал пожертвования и продукты для бедных и сирот, а кто-то консультировал людей по телефону, оказывая душепопечительскую помощь.

Однажды нас попросили посетить женщину, которую жестоко избил муж. Она ослепла и осталась одна. Мы переживали, что у нее будет много вопросов к Богу, но она жадно слушала наш рассказ об Иисусе, а затем приняла Христа Своим Господом и Спасителем. Мы помолились за нее, за исцеление ее души, духа и, конечно же, глаз. Она очень одинока и желает, чтобы мы к ней чаще приходили и рассказывали о Боге. После таких встреч начинаешь по-настоящему ценить то, на что раньше внимания почти не обращал и принимал это как данность: возможность видеть, слышать, ходить, жить…».

В результате такой благотворительной активности люди знакомятся с церковью и меняют свое отношение к ней. Сергей свидетельствует: «Как вы знаете, в России все неправославные церкви считаются неправильными. Однако теперь о нас рассказывают много хорошего в Интернете и по телевидению. Если раньше евангельскую церковь считали сектантской, то теперь мы оказались чуть ли не героями».

Article continues below
Урок второй. Помимо формальных церковных структур нужно иметь параллельную, резервную сеть отношений между неформальными лидерами.

В критические моменты, когда церковные структуры отключаются, именно полевые, не офисные лидеры выходят на первый план. В 2004 году Mission Eurasia начала обучение молодых лидеров в 14 странах Евразии по программе «Школа без стен» с акцентом на служении по ту сторону церковных стен. За эти годы удалось подготовить целую армию молодых лидеров. Сеть отношений и опыт взаимодействия между молодыми, начинающими лидерами – ценнейший ресурс для церкви, особенно в условиях кризиса больших институтов и структур.

Еще одна жизненно важная сеть лидеров – это молодые профессионалы. Обычно их в церкви не замечают, но сегодня все молятся за врачей и учителей. Сегодня, когда церкви закрыты, все понимают, что на передовой оказываются именно профессионалы-христиане. Они у всех на виду. И этот опыт должен изменить нас навсегда.

Нам не нужно ждать нового кризиса, нам нужно уже сейчас мобилизовать всю церковь для служения молодым профессионалам, а точнее – мобилизовать всю церковь через служение молодых профессионалов, через их обучение, опеку, поддержку. Если они – авангард церкви, то заслуживают лучшего отношения и лучших ресурсов. В ближайшие годы стоит сосредоточиться на помощи тем профессиональным сообществам, которые критически важны для жизни всего общества; тем группам, которые в любой момент могут отправиться на передовую. В Евразии мы назвали это движение «миссией в профессии». Это новая, свежая инициатива, способная изменить представление и о миссии, и о профессии, и о церкви, и о месте молодых профессионалов в ней.

Урок третий. Христианские сообщества должны развивать свою собственную культуру щедрости.

Когда весь мир в кризисе - когда границы закрыты и пожертвования на международную миссию сокращаются - мы должны рассчитывать, в первую очередь, на свои собственные, местные ресурсы.

Помню, как в 2005 году российское правительство отказалось признать подарки Samaritan’s Purse гуманитарным грузом. Чиновники уверяли, что «Россия богатая и может сама позаботиться о своих детях». В тот же год российские евангельские церкви начали свое собственное служение «Подари надежду». Как оказалось, церкви были счастливы жертвовать и собирать подарки для сирот и нуждающихся семей. С тех пор это служение только расширяется. О нем мало знают на Западе, но оно хорошо известно в Евразии и находит щедрый отклик у церквей. В результате инициатива стала заразительной так, что многие занялись подобным. Сегодня в условиях карантина вместо детских подарков «Подари надежду» многие церкви в помощь голодным семьям собирают продуктовые пакеты «iCare».

Все это не говорит о том, что помощь в Евразии не нужна. Она нужна как никогда ранее, особенно в таких темных уголках Евразии, как оккупированные Россией территории Украины или отдаленные регионы Закавказья и Средней Азии. Уверен, что истории местной щедрости вдохновят нас охотнее поддерживать церкви в Евразии, дополняя их пожертвования международной помощью, соучаствуя в их нуждах и благословениях.

Урок четвертый. Церкви, которые не имели благоустроенных зданий, оказались более гибкими и творческими в миссионерском служении.

В России и многих других странах Евразии власть легко может лишить евангельскую церковь здания – отнять, разрушить, запретить использование. Поэтому большинство евангельских общин делали сложный выбор – или активная миссионерская работа с риском для себя, или спокойная церковная жизнь на обустроенном месте без внешней миссионерской активности. В условиях пандемии быстрее всего сориентировались те общины, которые зданий не имели, а потому мало что потеряли. Они смогли мобилизовать себя на служение людям, вместо того, чтобы горевать о пустеющем помещении.

Article continues below

Внимание СМИ было приковано к православным храмам, которые продолжали публичные служения и нарушали тем самым условия карантина. Для православной традиции храм – это все, а без храма и таинств нет церкви. На этом фоне выигрывают те евангельские общины, которые научились жить и служить «без стен». В то время как православные церкви упорно сражаются за традиционные форматы служений, евангельские церкви осваивают новые миссионерские поля – в Интернете и в формате домашних встреч.

Многие называют себя «церковью без стен», делая акцент на свой свободный формат и миссионерский характер. Игорь, пастор одной такой церкви, говорит, что карантин никак не ограничивает их активности: «Мы не были привязаны к одному месту и одному формату служения, поэтому совсем не почувствовали, что труда или общения стало меньше, скорее наоборот. Ведь в условиях карантина все готовы слушать о Боге, никто не отказывается от помощи или молитвы».

Урок пятый. Опыт служения в условиях карантина может быть не только испытанием, но и ценным уроком для будущего служения в условиях внешних давлений и гонений.

Стоит напомнить, что это не первый карантин для церквей постсоветской Евразии. До этого они пережили 70 лет агрессивного атеизма, когда почти все церкви были закрыты. Казалось бы, это уже в далеком прошлом. Но почерпнутые из этой истории уроки – приобретенный опыт борьбы за свободу, опыт подпольных служений и личного евангелизма – сохраняют свое значение. Пастор Сергей, который служит на оккупированной Россией территории Украины, говорит, что когда общие служения запретили, он не стал унывать, ведь еще не забыл, как служили в советское время.

«Я понял, что пришло время для личных встреч и семейных общений, пришло время говорить без кафедры и микрофона, от сердца к сердцу. В первую же неделю два человека исповедовали свои грехи и примирились с Богом. Они не приходили в церковь до карантина. Но Бог нашел их. Я рад новым возможностям этого времени».

Церковь постсоветской Евразии была очищена огнем многих испытаний, и нынешние трудности вряд ли смогут ограничить ее служение. Скорее наоборот – этот вызов может стать сильным стимулом к обновлению ее миссии в аспектах лидерства, щедрости и творчества. Эти и многие другие уроки служения евангельской церкви Евразии во время пандемии хорошо показывают, что в условиях внешних трудностей и ограничений Бог обновляет и активирует церковь, ее молодые и творческие силы, фокусируя на миссии «без стен».

Михаил Черенков, международный директор Mission Eurasia

[ This article is also available in and English. See all of our Russian (русский) coverage. ]