Jump directly to the Content

News&Reporting

Афганский телеведущий: теперь Афганистан увидит «чистое христианство»

В то время как спутниковое телевидение при талибах стало одним из немногих способов донесения информации до местных верующих, афганский пастор с телеканала SAT-7 размышляет о влиянии вывода американских войск на благовестие в стране.
|
Englishespañol
Афганский телеведущий: теперь Афганистан увидит «чистое христианство»
Image: Изображение предоставлено SAT-7
Шоаиб Эбади

У Афганистана и соседнего Ирана общий язык – персидский. Теперь, когда в Кабуле снова пришли к власти талибы, появится ли у этих стран общая духовная траектория?

В 1979 году шах Ирана был свергнут в ходе Исламской революции. Последовавшие за этим гонения привели к тому, что западные христиане покинули страну. Однако сегодня иранская церковь является одной из наиболее быстрорастущих в мире, поскольку безжалостность мулл привела к тому, что многие иранцы разочаровались в исламе, а некоторые из них нашли новую веру во Христе.

В свое время христианское спутниковое телевидение сыграло большую роль в распространении евангелия в Иране. Сегодня оно продолжает эту деятельность в Афганистане. Христианская телекомпания SAT-7 начала вещание в 2002 году на фарси, диалекте персидского языка, на котором разговаривают в Иране, а в 2010 году Шоаиб Эбади запустил первую программу на дари, диалекте персидского языка, на котором разговаривают в Афганистане. Эта программа выходила в записи. В прямом эфире его программа «Секреты жизни» стала выходить в 2014 году, и сегодня ее можно смотреть по всей стране.

55-летний Эбади родился в Афганистане, но христианином стал в 1999 году, когда в качестве беженца жил в Пакистане. В следующем году он эмигрировал в Канаду, и сегодня возглавляет организацию Square One World Media, выпускающую христианскую медиа-продукцию на многих языках мира.

Эбади рассказал Christianity Today об истории афганской церкви, влиянии на нее американских военных, а также о своей надежде на то, что «чистое христианство» наконец-то будет услышано на его родине.

По некоторым статистическим данным количество христиан в Афганистане составляет около 8000 человек. Можете ли вы вкратце рассказать об истории афганской церкви?

Во времена шаха в Кабуле в 1970 году была построена протестантская церковь, но ее разрушили после свержения монархии. У католиков была церковь на территории итальянского посольства с 1933 года. Однако эти церкви предназначались только для иностранцев.

Горстка местных верующих появилась в стране в 1950-х годах, после того, как американские специалисты открыли в Афганистане офтальмологическую больницу и техническое училище. Позже, в 1990-х миссионеры – изготовители палаток приехали в страну в качестве учителей английского языка и работников неправительственных организаций. А я входил в группу из 30–40 афганских верующих в Пакистане, большинство из которых впоследствии уехали на запад.

Возможно, эти люди были первыми современными афганцами, узнавшими Христа, однако наверняка это знает только Бог.

А как афганская церковь развивалась, когда американцы пришли в страну в 2001 году?

Когда пришли американцы, некоторые верующие из Пакистана, а также другие беженцы, переселившиеся в свое время в Иран, возвратились в Афганистан. А кроме военных, в страну пришли миссионеры и стали распространять Божье слово. Сформировались общины верующих, но они действовали под руководством иностранцев. На Рождественские богослужения собиралось до 150 человек.

Но вот в 2006 году внимание международной общественности привлекло дело Абдула Рахмана, которому за обращение в христианство грозила смертная казнь. Католическая церковь помогла ему получить убежище за границей. Потом в 2010 году безногий Саид Муса был арестован за веру, но международное сообщество помогло ему выехать в Канаду.

В 2014 году НАТО прекратило выполнение официальных операций в Афганистане, и когда ушли военные, также уехали и многие иностранные сотрудники христианских организаций. Некоторые собрания прекратили свое существование, прекратилась также финансовая помощь. Однако другие верующие взяли на себя инициативу и повели церковь за собой, после чего евангелие начало распространяться, особенно среди хазарейцев, этнического меньшинства, проживающего в Афганистане.

Каков этнический состав афганской церкви, и почему хазарейцы, составляющие около 10% населения, оказались более открытыми? (Большинство в Афганистане составляют пуштуны, за ними идут таджики, хазарейцы и другие этнические группы.)

Около половины в афганской церкви – хазарейцы, 30 процентов – таджики, 20 процентов – пуштуны. Хазарейцы (как народность в целом) являются шиитами, их преследовали во времена различных афганских шахов и царей. Но в исламе шиитского толка есть концепция жертвенности, когда человек отдает свою жизнь за другого человека. И когда им рассказывают о жертве Иисуса, это резонирует с их мировосприятием.

Каким образом ваша программа осуществляет свое служение в Афганистане?

Поскольку здесь не существует официальной церкви, мы стараемся проводить богослужения для верующих длительностью около часа. Первые 10 минут мы рассматриваем какое-либо важное событие в социальной или политической сфере, объясняя его, исходя из библейской перспективы. Мы транслируем гимны поклонения, мы молимся и рассматриваем библейские истины. В течение программы мы принимаем звонки от слушателей в прямом эфире.

На прошлой неделе нам позвонил один верующий из Афганистана, он сказал нам, что он эмоционально истощен и не знает, что ему делать. Мы выслушиваем, мы вместе молимся и связываем позвонившего человека с нашей командой, которая пытается по возможности оказать ему помощь. Иногда звонят нехристиане, чтобы просто поспорить.

Сейчас, когда ситуацию в стране контролирует Талибан, мы остаемся одним из последних доступных христианам ресурсов. Талибан буде фильтровать социальные сети и интернет в целом, однако они не смогут заблокировать одну станцию из всех вещающих через спутники.

Как бы вы описали текущее психологическое состояние афганской церкви?

Сейчас им очень трудно. Господствует страх, и верующие предполагают, что они станут следующей мишенью Талибана. Многие пытаются выехать, некоторым помогают международные организации. Но вывезти 8000 человек из Афганистана невозможно. Некоторые уходят в подполье. Мы также получаем сообщения, что кто-то уходит в горы, и нужно при этом помнить, что скоро настанет зима.

Но Божья благодать поможет им продолжать жить при Талибане и быть солью и светом.

Как вы думает, как мы (христиане из США и других стран) могли бы помочь афганским христианам?

Прежде всего, молитесь. Но им также нужна и другая помощь, финансовая, духовная, эмоциональная или даже эвакуация. Они находятся в отчаянной нужде.

И еще я бы хотел, чтобы новости об этом распространялись по миру.

Когда талибы ходят по домам, первое, что они спрашивают – живет ли здесь журналист. Следующее, чем они интересуются – есть ли в доме «большой» телефон, подразумевая под этим смартфон. Они боятся носителей информации, поскольку на них можно зафиксировать то, что они делают.

Как христиане, мы должны рассказывать правду о том, что происходит, верующим и всем остальным.

Давайте сравним сегодняшнюю ситуацию с падением шаха Ирана в 1979 году. После этого в Иране количество христиан значительно выросло. Может ли произойти что-то подобное в Афганистане?

Тогда в Иране христиан было больше, чем сейчас в Афганистане. Там были церкви, пастора, миссионеры. И гонения на них были велики.

Но сейчас совсем по-другому обстоит дело со средствами информирования. Тогда было только радио Би-би-си. Сегодня, когда Талибан делает что-то, об этом сразу становится известно всем, потому что на это реагирует молодежь и женщины. Мне кажется, талибам будет трудно править так, как они это делали раньше.

Но есть и другое отличие. Из-за долгого присутствия американской армии, христианство у многих афганцев ассоциируется с западной культурой. А к западной культуре, по их мнению, относятся также и гомосексуализм с проституцией, которые противоречат местным ценностям.

Теперь они увидят другую сторону ислама, заключающуюся в жестокости и убийствах.

Но они увидят и другую сторону христианства. С одной стороны, талибы ненавидят своих врагов, а с другой стороны, у нас есть образ американской армии, делающей все возможное, чтобы эвакуировать афганцев, включая заполнение самолетов гораздо большим количеством пассажиров, чем это положено. Также мы видим доброту солдат, держащих младенцев и помогающим беременным женщинам рожать.

Кроме того, Афганистан нуждается в экономической поддержке, благодаря которой откроются границы. Христиане придут из Пакистана, Ирана, стран Средней Азии. Люди увидят нацеленность христианства на гуманитарную составляющую, когда христиане будут им помогать и станут голосом людей, лишенных голоса.

Американское военное присутствие в целом помогло Афганистану или навредило?

Под наблюдением американских военных афганское правительство обеспечило функционирование гражданского общества. Девочки вернулись в школы, миллионы людей получили образование, а женщины смогли участвовать во всех аспектах жизни. Появились признаки демократии и других свобод, особенно в сравнении с соседними странами.

Но в некоторых других областях влияние американских военных было катастрофическим.

В 2001 году Афганистан имел только небольшую долю мирового производства наркотиков. Через 20 лет эта доля составляла уже 80%, и при этом два миллиона афганцев стали наркозависимыми. Коррупция стала способом жизни, когда полевые командиры стали получать деньги за поддержание мира. Один верующий рассказал мне, как за оформление обычных бумаг ему пришлось заплатить пару сотен долларов взяток.

И все это происходило на глазах у международного сообщества.

Межнациональный конфликт, который имел место и во время британского, и во время советского присутствия, продолжился и при американцах, поскольку лучшие должности получали пуштуны. А затем в соответствии с мирным соглашением американцы освободили из тюрем 5000 талибов и других террористов.

Поэтому и понятно, почему афганцы не хотят воевать за свое правительство. США выступали в качестве наставника гражданского общества, а затем заключили сделку с врагом этого самого гражданского общества. Люди просто утратили мотивацию. Они думают, что их бросили.

Влияет ли все это каким-либо образом на перспективу благовестия?

Мы должны довериться Господу. Он поддерживает нас в трудных обстоятельствах и превращает злое в доброе. Несмотря на все вышеназванные проблемы, в Афганистане наблюдается увеличение количества христиан. Но вместе с тем, люди увидели некую смесь христианства и западной культуры.

Теперь они будут видеть чистое, исконное христианство. Международное сообщество может молиться и оказывать помощь. Но теперь афганская церковь должна самостоятельно проводить богослужения и проповедовать. Даст Бог, и они преодолеют свои различия и объединятся во Христе.

Несколько лет назад я проповедовал о прощении и один хазарейский верующий рассказал мне о том, как талибы убили его семью. Я верю в Иисуса, сказал он, но не могу им этого простить. Но затем Бог открыл ему глаза и он смог.

После этого я был свидетелем, как в Лондоне на конференции, проводимой для афганских верующих, собралась группа хазарейцев, таджиков и пуштунов. Они просили друг друга о прощении. Христианство помогает нам жить в мире с другими национальностями. Если такое станет возможным, это станет существенным фактором влияния в стране.

[ This article is also available in English and español. See all of our Russian (русский) coverage. ]

November
Support Our Work

Subscribe to CT for less than $4.25/month

Read These Next

close